Научно-технический прогресс оказывает значительное влияние на политику и международные отношения. Цифровизация становится ключевой темой в мировой повестке. При этом возрастает значение национальных интересов государств и государственного суверенитета на фоне информационной революции. Четвёртая промышленная революция, плоды которой мы наблюдаем повсеместно, показывает необходимость комплексного международного сотрудничества в наращивании научно-технологического потенциала.
Однако технологические трансформации приносят не только пользу мировой общественности, но и таят в себе множество угроз. Международная цифровая реальность значительно опережает международное право, что лишь усиливает риски и негативные последствия цифровизации. В этой связи такие организации как ООН, ВТО, ЮНЕСКО и ОЭСР уделяют этому вопросу особое внимание. Россия, будучи одним из главных акторов мировой политики, также рассматривает вопросы международной информационной безопасности как приоритетную повестку.
Основные угрозы международной информационной безопасности
Достижения четвёртой промышленной революции приводят к тому, что в мировой системе начинают появляться новые экономические и политические центры силы. Однако одновременно с этим идёт процесс усиления цифрового неравенства. Далеко не все страны обладают возможностями адаптировать новые технологии и массово их применять.
На данный момент в международной системе можно наблюдать «цифровой парадокс мощи»: чем в большей степени объект развивает собственный технологический потенциал, тем в большей степени он становится уязвим для информационных атак. Безусловным представляется тезис, что «каждая технология усиливает не только государство, но и тех, кто разрушает его».
Терроризм и преступность значительно усиливают свою мощь за счёт цифровой революции и достижений научно-технического прогресса. Терроризм активно использует пробелы в безопасности информационного общества, а преступность наращивает свой транснациональный потенциал, становясь более организованной. И терроризм, и преступность активно пользуются услугами профессиональных хакеров для расширения своей деятельности.
К угрозам информационной безопасности также следует отнести такие проблемы, как утечку информации, хакерские атаки и вопрос анонимности пользователей сети Интернет. Один из самых известных примеров утечки информации — это скандал, связанный с WikiLeaks в США. Не менее громким стало «Досье Пандоры» в 2021 г.
Новые технологии, например, блокчейн создают все больше возможностей для преступников. Протоколы, которые позволяют людям при помощи шифрования безопасно передавать информацию, также могут помогать преступникам и террористам в вопросах торговли наркотиками, мошенничестве и т. д.
«Существует значительный риск технических угроз в области применения искусственного интеллекта (далее — ИИ), который в основном связан с угрозами информационной безопасности традиционных информационных систем, а также с новыми угрозами, связанными с недостатками алгоритмов ИИ. Кроме того, ИИ может использоваться для вмешательства во внутренние дела других государств, например, путём направленного влияния на личное и общественное сознания, что может привести к подрыву доверия к государственной политике, распространению паники и протестных настроений» ˗ пишет в своих исследованиях эксперт в области международной информационной безопасности Елизавета Мищишина.
Особый интерес здесь представляет технология «дипфейк», которая использует возможности синтеза устной речи человека и машинного обучения. Отчёт The State of the Deepfake показывает, что с декабря 2018 года количество видеороликов с «дипфейками» удвоилось. Большинство из них (96%) имеют порнографический характер, однако наиболее нашумевшие имеют политический оттенок.
Отдельно стоит отметить использование ИИ для наращивания военного потенциала, что создаёт новые угрозы миру и стабильности. Большинство ведущих стран активно разрабатывают ИИ в военных целях. Глобальный рынок этих технологий составил $6,26 млрд в 2017 году и, по прогнозам компании MarketsandMarkets, увеличится в три раза к 2025 году.
Распространение Интернета вещей также таит в себе плеяду угроз, связанных с межгосударственной передачей данных. Угроза взлома систем создаёт риски для всех заинтересованных сторон: умные устройства могут быть не только целью кибератак, но и средством.
По мнению заместителя генерального директора Центра изучения и сетевого мониторинга молодёжной среды, кандидата технических наук, доцента кафедры безопасности информационных систем Самарского университета Михаила Бурлакова, наибольшую опасность представляет военно-политическое измерение угроз международной информационной безопасности: «На текущий момент есть информация о нескольких десятках крупных инцидентов в области международной кибербезопасности. Классическими примерами могут послужить решения, ставшие настоящим бедствием в части тотального шифрования баз данных и инфраструктур по примеру CryptoLocker. Из последних случаев, наиболее нашумевшим стала Операция “Триангуляция”, направленная на силовые и государственные ведомства нашей страны с целью получения персональных данных, в том числе лиц, принимающих решения».
Проект Конвенции по международной информационной безопасности
На фоне вышеупомянутых угроз крайне актуальными становятся вопросы многостороннего контроля за информационным пространством, так как ответственность за цифровой мир лежит на каждом участнике международного сообщества. Россия давно поддерживает принятие свода международных правил поведения в цифровом пространстве.
С 1990-х годов Россия активно выступает за имплементацию соглашения о международной информационной безопасности. В 2011 году Россия представила первую версию конвенции, которая запрещала использование Интернет в военных целях и для свержения режимов в других странах. В 2021 году была представлена обновлённая концепция, и в мае 2023 года был выдвинут новый проект на рассмотрение ООН.
Соавторами обновлённой концепции Конвенции по международной информационной безопасности стали Республика Беларусь, Корейская Народно-Демократическая Республика, Республика Никарагуа и Сирийская Арабская Республика. Активизация политического дискурса по этой проблематике свидетельствует о том, что государства-члены ООН осознают необходимость единого универсального документа, имеющего юридическую силу.
Согласно заявлению МИД России, проект Конвенции — это прообраз международного договора. Его ключевые положения заключаются в суверенном равенстве государств и невмешательстве в их внутренние дела. Принятие Конвенции направлено на достижение следующих целей: предотвращение и урегулирование межгосударственных конфликтов в глобальном информационном пространстве, укрепление доверия и развитие сотрудничества государств-членов ООН в сфере международной информационной безопасности и содействие наращиванию потенциала государств в области обеспечения безопасности в сфере использования информационно-коммуникационных технологий.
Документ выделяет следующие угрозы международной информационной безопасности: использование государствами информационно-коммуникационных технологий в военно-политической и иных сферах в целях подрыва (ущемления) суверенитета, нарушения территориальной целостности, общественной и экономической стабильности суверенных государств, вмешательства в их внутренние дела; проведение компьютерных атак на информационные ресурсы государств, в том числе на критическую информационную инфраструктуру; монополизация отдельными государствами и/или при их содействии частными компаниями рынка информационно-коммуникационных технологий; выдвижение одними государствами против других государств необоснованных обвинений в организации и совершении противоправных деяний с использованием информационно-коммуникационных технологий, включая компьютерные атаки; распространение посредством информационно-коммуникационных технологий информации, наносящей вред общественно-политическим и социально-экономическим устоям, духовной, нравственной и культурной средам государств, а также создающей угрозы жизни и безопасности граждан; и ряд других угроз.
Качественное отличие данной концепции заключается в том, что она предлагает механизм создания юридических обязательств. Ранее мировым сообществом было разработано множество неформальных правил, носящих рекомендательный характер. Россия предлагает взять уже имеющиеся материалы за основу и, опираясь на них, выработать международную конвенцию. Многие предложения, которые указаны в проекте конвенции, ранее были озвучены в резолюциях Генассамблеи ООН, а также в докладах группы правительственных экспертов (ГПЭ) и рабочей группы открытого состава (РГОС), что отмечено в тексте самого проекта.
Отдельно отмечается необходимость разработки конвенции под эгидой ООН при учёте мнений всех государств-членов в рамках переговорного механизма, который должен быть создан для этих целей. В соответствии с общепринятой практикой заключения многосторонних международных договоров будущая конвенция должна предусматривать механизмы контроля за выполнением государствами её положений, внесения изменений и принятия дополнений, обмена мнениями по реализации документа, а также урегулирования и мирного разрешения споров.
Однако будущее этой конвенции в рамках ООН вызывает много вопросов. «На текущий момент перспективы данного проекта выглядят очень расплывчато. Как минимум, на эту мысль наталкивает количество и состав стран-соавторов. В частности, среди них нет Китая, выступающего традиционным партнёром России по вопросам международной информационной безопасности», — комментирует заместитель генерального директора Центра изучения и сетевого мониторинга молодёжной среды, кандидат технических наук, доцент кафедры безопасности информационных систем Самарского университета Михаил Бурлаков. «Для России будет крайне сложно получить поддержку стран-членов ООН. В 2021 году Россия и США внесли в ООН совместную резолюцию по информационной безопасности, высказавшись за продление мандата РГОС до 2025 года и упразднение ГПЭ. Тогда же российский проект получил поддержку от многих западных стран. Раньше было сложно подобрать подходящие формулировки и решения, устраивающие большинство стран. Однако в свете последних политических событий, характеризующихся усилением конфронтации между Россией и Западом, эта задача становится сложной вдвойне. Поэтому нет оснований полагать, что проект Конвенции получит одобрение большинства. Тем не менее данная инициатива не только стала первым комплексным документом, претендующим на создание юридических обязательств в области международной информационной безопасности, но и продемонстрировала готовность России к открытому диалогу по вопросам в данной области».
Заключение
Мировая политика начинает повсеместно сталкиваться с ростом кибератак, информационными войнами и кибернетической разведкой. Становится совершенно очевидно, что обеспечение международной информационной безопасности выходит на первый план в повестке дня. Критически важными становятся вопросы многостороннего и даже мультистейкхолдерного подхода к контролю за цифровым пространством. Информация — это новая нефть, к использованию и добыче которой нужно подходить максимально экологичного, а Россия, как важнейший политический игрок, вносит огромный вклад в разработку универсальных подходов к обеспечению международной информационной безопасности.
