Россия в очередной раз убедилась в беспринципности и низости натовских приспешников, устроивших теракт на Крымском мосту 8 октября 2022 года. Многие украинские официальные лица не скрывали злорадства по поводу совершенного взрыва. В центре Киева оперативно разместили билборды с фотографиями горящего моста, а Почта Украины буквально на следующий день после атаки анонсировала выпуск марок с фотографией места теракта. Но после ответа российских военных 10 октября пыла у команды президента Украины Владимира Зеленского поубавилось, видимо, не понравилось ощущение леденящего ужаса, возникающее от непрерывных обстрелов. А жители Донбасса живут с этим ощущением долгих восемь лет.
НАЧАЛО ПУТИ
Во время референдумов о присоединении Донецкой и Луганской народных республик, Запорожской и Херсонской областей к России военкоры «СПЕЦПРЕССЫ» работали на Донбассе. Командировка на передовую получилась насыщенной и довольно опасной. Но обо всем по порядку.
Выезжать решили от московского офиса редакции журнала «Персона страны», который стал организатором пресс-выезда. Наши друзья, некоторые из которых далеки от журналистики, активно помогали собираться в дорогу. Одни укомплектовывали аптечки, другие грузили в машину «гуманитарку», которую мы должны были привезти в Донецк, третьи несли воду и бутерброды, четвертые учили, как вести себя во время обстрела. Рации, которые мы должны были взять в поездку, настраивал на одну волну уникальный человек – Заур Закраилов. Это пловец-экстремал, установивший вместе с единомышленниками мировой рекорд переплыв озеро Байкал, дабы привлечь внимание к экологическим проблемам озера, (55 км в ледяной воде). Кстати, рации нам очень пригодились, так что Зауру огромное спасибо, как и всем, кто нам помогал!
Был в нашей команде ещё один неординарный человек – Сергей Захарченко, сын Героя и первого Главы Донецкой Народной Республики, трагически погибшего четыре года назад. Очень уж он хотел проголосовать на своей Родине – в Донецке. Ну как можно было ему отказать?
СКЛЕИТЬ ЧАШУ
Не буду описывать, как и через какой блокпост мы пересекли границу, скажу лишь, что безопасность нашей группе обеспечивали бойцы Специального отряда быстрого реагирования «Ахмат» – серьезные и немногословные. Они же принимали решения, куда, когда и каким маршрутом мы будем передвигаться. Наша колонна состояла из трех машин: двух «ахматовских» и одной «журналистской». Автомобиль с корреспондентами всегда находился посередине. И вот тут-то нам пригодились рации, две из которых мы отдали нашим сопровождающим.
Поскольку территория Донбасса постоянно обстреливалась, а автоколонны вызывали у ВСУ особый интерес, было принято решение двигаться с максимальной скоростью – 180 км/ч. Мы мчались не останавливаясь, три черных «Лэнд Ровера». Если бы мне сказали, что с такой скоростью можно «лететь» по военным дорогам, я бы не поверила. Но это правда. Дороги в ЛНР и ДНР почти в идеальном состоянии. После бомбардировок раскорёженный асфальт спешно приводят в порядок. Во всяком случае на луганском направлении нам несколько раз попадались дорожные рабочие.
Луганск был первой рабочей точкой в нашей поездке. Здесь, в здании администрации, глава ЛНР Леонид Пасечник присвоил звания Героев Луганской Народной Республики депутату Госдумы Адаму Делимханову и главнокомандующему ВКС РФ Сергею Суровикину. Церемония прошла без помпезности, по-военному быстро.
Глава ЛНР произнес короткую речь, которая, наверное, отражала мысли всех присутствовавших на церемонии людей: «Мы сражаемся за наши ценности, за нашу историю, за правду и честь наших дедов и прадедов», – сказал Леонид Пасечник.
«По моему глубокому убеждению, подписание в 1991 году договора в Беловежской Пуще было огромнейшей ошибкой. Советский Союз разобщили, и в эту больную точку потом стал бить противник. Сейчас мы обязаны собрать разбитую чашу, пока ещё осколки окончательно не превратились в пыль. Или отлить новую из крепкого сплава, который никогда больше не позволит нашим народам разобщиться. Иначе история нам этого не простит» — добавил Леонид Пасечник.
Народ Донбасса согласен с этим мнением. На улицах Луганска мы разговаривали с простыми людьми, которые сквозь слёзы говорили о постоянных обстрелах, убитых родственниках, разрушенных домах из-за постоянных обстрелов со стороны ВСУ.
«У меня сестра живет недалеко от города. По их селу так часто стреляли, что ей с семьей и соседями пришлось почти пять месяцев прятаться в подвале! Они сидели там и днём, и ночью, без воды и еды. А когда выбирались на улицу, чтобы найти провизию, по ним начинали стрелять. Такое ощущение, что специально охотились», – рассказывала старушка, крепко держа меня за руку.
Таких историй мы выслушали не один десяток. И от каждой кровь стыла в жилах…
ОЩУЩЕНИЕ СЮРРЕАЛИЗМА
Второй рабочей точкой был Лисичанск – городок на западе Луганской области, через который проходит линия обороны. Добирались мы туда так же в колонне на большой скорости. В отличие от Луганска на пути нам попадалось гораздо больше военной техники, и это вызывало тревогу. И чем ближе мы подъезжали к Лисичанску, тем тревожнее становилось. Вдоль дороги отчётливо виднелись доты. — «Давайте остановимся, нам обязательно нужно их сфотографировать!» – чуть ли не в один голос закричали мы в рацию. — «Нельзя, поле заминировано», – ответила машина сопровождения, и мы, не снижая скорости, помчались дальше.
Лисичанск чем-то напоминал кадры из военной кинохроники, серый, полуразрушенный и полупустой. Многоэтажки смотрели на нас пустыми глазницами разбитых окон. Из асфальта торчал неразорвавшийся снаряд. Где-то вдалеке ухали взрывы…
Военные попросили нас не маячить на открытом пространстве, а держаться поближе к деревьям. Ещё лучше – зайти в здание, в котором они дислоцировались. Мол, там безопасно и даже уютно. Действительно, там было вполне уютно, особенно в столовой. — «Попробуйте нашу кашу, не пожалеете. На гражданке такой нет», – уговаривали ребята. От каши шёл сногсшибательный аромат, но пробовать мы её не стали: неудобно было объедать бойцов. Да и, честно говоря, есть совсем не хотелось. А вот взяться за фотокамеру – очень даже. Но фотографировать было нельзя, потому что потом противник по малейшим деталям смог бы вычислить место дислокации наших бойцов. Что ж, такова военная реальность. Желаем ребятам удачи и идём общаться с их командиром – генерал-майором полиции Апти Алаудиновым. Здесь же в отряде в это время находился депутат Госдумы РФ и член комитета Госдумы по безопасности и противодействию коррупции Адам Делимханов. Мужчины радушно встретили журналистов и охотно ответили на вопросы, главные из которых – как здесь обстановка и как бойцы с ней справляются?
«Обстановка сложная, но нам не привыкать. Мы выстоим», – улыбается Апти Алаудинов. — «ВСУ используют огромное количество натовского оружия. Но даже с ним войско дьявола не может победить Россию, защищающую истинные духовные и семейные ценности. Это должен понять весь мир. Победа однозначно будет за нами, какое бы оружие не поставлялось команде Зеленского, и сколько бы сюда не направлялось боевиков. Это лишь вопрос времени. А он зависит от того, насколько быстро проснется мир. Народы всех втянутых в это противостояние стран, должны навести у себя дома порядок и привести к власти людей, не согласных идти на поводу у блока НАТО» — сказал Апти Алаудинов.
«Мы же воюем не с украинским народом, а с мировым злом – с сатанизмом, если хотите», – присоединился к разговору Адам Делимханов.
«Воюем против чуждых нам «либеральных ценностей», которые Запад уже навязал Европе, против промывки мозгов нашим детям. В силу разных причин на передовой в этой борьбе оказалась Россия, и она доведёт начатое до конца. Зеленский вместе со своими кукловодами обязательно ответит за то зло, которое причинил и нашей стране, и Украине» — добавил Адам Делимханов.
РЕАЛЬНАЯ ОПАСНОСТЬ
Разговор с чеченскими политиками неожиданно прервал подошедший к нам боец. — «Опасность прилета», – спокойно сообщил парень и попросил проследовать в укрытие. Мы так же спокойно, как будто ничего не происходит, отправились в замаскированное и укрепленное здание. Там нас снова встретили улыбающиеся военные. Наверное, им очень хотелось нас поддержать и ободрить, поэтому их лица расплывались в широченных улыбках. — «Все будет нормально, не переживайте», – подбадривали ребята. А мы и не переживали. Просто смотрели на бойца, который в двух шагах от нас сидел на ящике с патронами; смотрели на кусочек серого неба, заглянувшего в маленькое окошечко; на ребят, стоявших у стенки и травивших анекдоты; на мешки с песком, лежавшие у входа; на кошку, свернувшуюся клубочком у солдатского ботинка; смотрели и не верили, что всё это происходит с нами…
Ракета не прилетела. Подождав еще минут десять, сопровождавшие нас «ахматовцы» приняли решение возвращаться в Луганск, и мы покинули место расположения отряда. В этот момент начался обстрел. По рации нам была дана команда остановиться под деревом и ни в коем случае не выходить из машины. Мы так и сделали: взрывы раздавались довольно далеко, но испытывать судьбу не хотелось. Минут через семь-восемь по рации прозвучало короткое «поехали», и наши машины выскочили на трассу. Когда колонна была на окраине Лисичанска, рвануло совсем рядом. Слева от нас, не очень уж и далеко, поднимались клубы черного дыма. Какой снаряд и куда попал – я не знаю. Но точно знаю, что так быть не должно. Не должны мирные люди жить под обстрелами. Не должны бояться за жизни своих детей. Не должны прятаться в подвалах…
Над материалом работала Ольга СЕМЕНЕЕВА
Фото: Федор Шахнов
