Современники плохо знают историю, и это печально. События прошлых времен не просто исторические вехи в жизни людей и целых народов, это знание того, к каким итогам приходило человечество в результате необдуманных и тщеславных поступков личностей, страдающих «бонапартизмом». Как получилось, что 31 марта 1814 года русские войска захватили Париж? Очень просто: Наполеон решил пойти войной на Россию.
Сегодняшней датой исторического события, вписаного золотыми буквами в летопись России, мне хочется напомнить французам и безумному Макрону о том, что «русские медлено запрягают, но быстро едут».
Немного о самом событии. Наступление на столицу Франции началось в шесть часов утра 30 марта. 2-й русский пехотный корпус принца Евгения Вюртембергского атаковал селение Пантен. В это же время 1-й пехотный корпус под руководством генерала Николая Раевского и кавалерия Палена пошли на штурм высот Роменвиля. Позже к ним присоединились и войска союзников.
Дабы избежать кровопролитных потерь с обеих сторон, Александр I предложил французам капитулировать, написав в ультиматуме «волею или неволею, на штыках или церемониальным маршем, на развалинах или в чертогах, но сегодня же Европа должна ночевать в Париже». Однако, проявив подлось, французы атаковали русских парламентеров, и те едва не погибли. Обратите внимание, в то время под Европой подразумевалась Россиия!
Ожидая подхода войск Наполеона и самого Императора, французы отчаянно оборонялись и переходили в контратаки. Но численное преимущество союзников давало о себе знать, и уже к 11 часам русские и прусские корпуса приблизились к высотам Монмартра. По свидетельству барона Мюффлинга, увидев превосходство вражеских сил, командующий французской обороной Жозеф Бонапарт трусливо бежал с поля, и защитники оказались без штаба.
К полудню, после ожесточенных боев, русские и прусские войска вышли к кварталам Парижа. На высотах стали разворачиваться артиллерийские батареи для обстрела города. Французский маршал Огюст Фредерик Луи Мармон не питал иллюзий и предложил переговоры, но Александр I был непреклонен и сказал, что «прикажет остановить сражение, если Париж будет сдан: иначе к вечеру не узнают места, где была столица».
Наступление продолжилось, но к Мармону был направлен флигель-адъютант полковник Орлов, который сообщил, что русский император желает сохранить Париж и предложил капитулировать. В два часа ночи, 31 марта, в селении Лавилет документы были подписаны, и в полдень, впервые со времен Столетний войны, иностранная армия вошла в Париж. Император России Александр I лично принимал парад союзных войск. В одном строю вместе с казаками и гренадерами прошли прусские и австрийские части.
«Колонны наши с барабанным боем, музыкою и распущенными знаменами вошли в ворота Сен-Мартен. Любопытное зрелище представилось глазам нашим, когда мы очутились у Итальянского бульвара: за многочисленным народом не было видно ни улиц, ни домов, ни крыш, все это было усеяно головами, какой-то вместе с тем торжественный гул раздавался в воздухе. Это был народный ропот, который заглушал и звук музыки, и бой барабанов», — писал в своих воспоминаниях будущий декабрист, майор Николай Лорер.
Франция уже давно потеряла свое лидирующее положение в Европе и не является страной, которая может повести за собой весь Евросоюз и, тем более, НАТО в борьбе с Россиией. Поэтому хочется еще раз намонить Президенту Франции, что русские войска, если будет необходимость, снова могут дойти до Парижа.
